Попал на миллионы? Чем для Гороховского завершится скандал с флагом и чего ждать в заключении НБУ

Общественность всколыхнуло недавнее выступление в Верховной Раде главы Нацбанка Андрея Пышного по поводу скандала с совладельцем финтеха monobank Олега Гороховского (работает на лицензии Универсал Банка, принадлежащего Сергею Тигипко) и публичного разглашения им информации о клиентке на фоне флага с триколором. И главное — сново подняло тему нарушения прав украинцев на банковскую тайну и сохранение наших персональных данных. "Телеграф" опросил юристов и получил профессиональную экспертизу по поводу последствий такого разглашения — ответственности за эти действия и возможности человека защитить свои права в подобных случаях, на фоне какого бы флага он ни был замечен.

Какие именно данные разгласил monobank

Можно сделать два главных вывода из речи г-на Пышного в парламенте по поводу действий Гороховского, monobank и Универсал Банка насчет клиентки и отношения к флагу, который называли то российским, то словенским:

• Национальный банк до сих пор окончательно не сформулировал свою правовую позицию по поводу скандала с публикацией Олегом Гороховским фото клиентки на фоне триколора и сообщения в соцсетях о блокировании ей счета в monobank. Глава НБУ рассказал нардепам о процедурных этапах и бюрократических моментах регулятора и сообщил, что административная процедура в этом вопросе предусматривает рассмотрение соответствующего решения в течение 6 месяцев. То есть заключения Нацбанка ждать минимум полгода, и г-н Пышный в конце концов пообещал его публично объявить обществу.
• Неважно, какой именно флаг был на фото/видео клиентки, пусть даже вражеский, то есть террористической Российской Федерации. Даже в таких условиях monobank и Универсал Банк должны выполнять действующее законодательство о неразглашении клиентских данных.

"Любая негативная реакция, даже на российский триколор, должна быть в пределах действующего законодательства. И именно этот вопрос исследует Национальный банк", — буквально заявил Андрей Пышный.

То есть еще остается надежда на объективное расследование произошедшего, по крайней мере, теоретическая. Несмотря на громкие заявления адвокатов самого Универсал Банка, которые, конечно, защищают своих подопечных и заявляют о том, что не было разглашения персональных данных и банковской тайны. Но с этим выводом не согласны независимые юристы (не работающие на этот банк).

Опрошенные "Телеграфом" юристы подчеркнули, что, согласно закону "О защите персональных данных", персональными данными является любая информация, касающаяся идентифицированного лица.

"Фото лица во время верификации, имя, фамилия — это ваши персональные данные. Закон четко говорит: без вашего согласия их нельзя просто так выставлять в интернете, даже если вы очень сердиты, например, на российский флаг", — заверил "Телеграф" управляющий партнер юридической компании "Муренко, Курявый и Партнеры" Никита Муренко.

Конечно, в этом законе есть и исключения. К примеру, если банк заподозрил, что его клиент работает на врага, то может сообщить о своих подозрениях правоохранительным органам. Но это не дает ни банку, ни его партнерам (monobank является партнером Универсал Банка) права публично об этом сообщать общественности, как бы он ни любил Родину.

"Фото с российским флагом само по себе не отменяет требования к защите персональных данных, но может являться основанием для правомерной передачи информации правоохранителям. Конечно, если есть признаки преступления/коллаборационизма, финансирования агрессии и т.д. Публичное же выкладывание в соцсетях — это нечто иное, нежели передача в рамках уголовного производства или на запрос правоохранителей. В публичном пространстве действуют общие запреты на разглашение персональных данных без правового основания", — подчеркнул "Телеграфу" управляющий партнер юридической компании Winner, адвокат Игорь Ясько.

"Даже если на фоне действительно был российский флаг, банк не имеет права выставлять фото клиентки на публичное осуждение. Патриотический пост не освобождает от ответственности и, наоборот, может быть квалифицирован как использование информации в личных мотивах", — добавил Никита Муренко.

То же касается и банковской тайны, к которой относится все, что банк узнал о человеке во время его обслуживания — включая фото с видеозвонка. Она строго защищена законом "О банках и банковской деятельности".

"Банк может раскрывать банковскую тайну только в предусмотренных законом случаях по запросу клиента, по решению суда, по запросам правоохранительных органов в установленном порядке, НБУ и т.д. Публичное разглашение в соцсетях не входит ни в какое исключение. Даже подозрение в сотрудничестве с врагом не дает права на публичный пост, информация должна передаваться конфиденциально", — подчеркнул Муренко.

Как и в случае с персональными данными, российский флаг у клиента может служить основанием для разглашения банковской тайны только правоохранительным органам. В противном случае виновных в разглашении банкиров и их партнеров могут привлечь к ответственности.

"Публикация фото, сундуков, данных клиента в соцсетях, даже с "благородной целью", как правило, выходит за пределы закона и создает риск административной, гражданской и уголовной ответственности для причастных лиц и репутационные риски для банка", — убежден Игорь Ясько.

Что грозит monobank и Гороховскому

Совладельцу monobank Олегу Гороховскому, о персоне которого "Телеграф" писал отдельно, за распространение клиентских данных в соцсети грозит широкий диапазон ответственности — от административной и гражданской со штрафами до уголовной с лишением свободы.

"Уголовная, согласно ст. 182 Уголовного кодекса — незаконный сбор, хранение, использование или распространение конфиденциальной информации о лице без его согласия, в том числе в публичном выступлении или средствах массовой информации. Санкция предусматривает штраф до 1000 не облагаемых налогом минимумов доходов граждан (17 тыс. грн. — Ред.), исправительные работы до 2 лет или ограничение свободы до 3 лет. При отягчающих обстоятельствах (повторно, существенный вред) возможна санкция до 5 лет лишения свободы. Если говорить коротко: минимальная ответственность — административный штраф, максимальная — уголовное наказание с реальным ограничением или лишением свободы", — уточнил Никита Муренко.

А Игорь Ясько разложил для "Телеграфа" всю гамму ответственности за разглашение банковской тайны для банковского учреждения. Ведь г-н Гороховский мог узнать о наличии такой клиентки с триколором только в партнерском учреждении — в Универсал Банке, на который, собственно, и работает его финтех monobank. Только от него, потому что именно Универсал (не monobank) имеет банковскую лицензию от Нацбанка, на основании которой и может открывать счета клиентам. Сам же Олег Гороховский в Универсал Банке не работает и вообще не банкир. Поэтому и не имеет права получать информацию, имеющую статус банковской тайны.

По словам Ясько, согласно ст. 1076 Гражданского кодекса, банк обязан гарантировать тайну счета, операций и сведений о клиенте. "В случае разглашения клиент имеет право требовать возмещения ущерба и морального вреда", — разъяснил он.

Административно-регуляторная ответственность для Универсал Банка должна наступать благодаря Нацбанку. По закону "О банках и банковской деятельности", за нарушение режима банковской тайны НБУ может применять к банку меры воздействия: штрафы, письменное предупреждение, ограничение/остановку операций, требование уволить руководителей, вплоть до признания банка проблемным и т.п.

А по ст. 231 Уголовного кодекса, за незаконный сбор с целью использования сведений, составляющих банковскую (или коммерческую) тайну, предусмотрен штраф от 3000 до 8000 необлагаемых налогом минимумов, то есть от 51—136 тыс. грн.

При этом к ответственности может привлекаться не только сам банк, но и его подрядная организация (партнер).

"Если такая организация получает доступ к банковской информации (аутсорсинг, IT-поставщик, колл-центр), на нее распространяется обязанность сохранения банковской тайны по договору и закону", — отметил Игорь Ясько.

При этом юристы подчеркивают, что Национальный банк не просто имеет право, а должен реагировать на подозрения в разглашении банковской тайны. Это его обязанность согласно действующему законодательству.

"Защита банковской тайны и контроль за деятельностью банков — прямая функция Нацбанка. Банк обязан реагировать на факты, которые стали ему известны. Бездействие должностных лиц НБУ может быть обжаловано в административном порядке или в суде. Практической ответственности для самого Национального банка нет, но общественное давление, запросы и судебные решения эффективно стимулируют реакцию", — считает Никита Муренко.

Что делать пострадавшим клиентам

Если банк по какой-либо причине разглашает клиентскую информацию, Игорь Ясько посоветовал пострадавшей стороне такую последовательность дальнейших шагов:

1. Фиксация нарушения. Сохранение скриншотов публикаций, ссылок, видео. Истребование официальных объяснений/писем от банка: обращение в отделение, на горячую линию, письменное заявление.
2. Жалоба в банк/организацию. Официальная претензия к банку/компании с требованием прекратить нарушение, удалить информацию, предоставить объяснения, возместить ущерб (при необходимости — в досудебном порядке).
3. Обращение к уполномоченному Верховной Рады по правам человека относительно персональных данных. Подача жалобы о нарушении законодательства о защите персональных данных.
4. Обращение в Национальный банк относительно банковской тайны. Жалоба на действия банка. Можно одновременно с обращением в банк.
5. Заявление в правоохранительные органы. Если есть признаки преступления по поводу распространения информации — заявление об уголовном правонарушении в полицию, СБУ или через ЕРДР (Единый реестр досудебных расследований). Со ссылкой на статьи 182, 231, 232 Уголовного кодекса.
6. Иск в суд. О возмещении имущественного и морального вреда, обязательстве опровергнуть/удалить информацию.

"Последовательность может быть параллельной: жалобы к омбудсмену, в Нацбанк, к правоохранителям и иск в суд не взаимоисключены", — отметил Ясько.

Какой именно вывод о деле monobank/Гороховского через полгода выдаст Национальный банк, мало кто берется прогнозировать. Много скептических предсказаний, но большинство все же считают, что Универсал Банку из-за этого точно выпишут штраф вместе с требованием исправить ситуацию. Имея в виду урегулирование с пострадавшей клиенткой.

Хотя не исключается и отрицательный, с клиентской точки зрения, вариант с отбеливанием Универсал Банка. Однако юристы говорят, что при необходимости пострадавшая сторона может в судебном порядке обжаловать постановление НБУ.

"Если Нацбанк вынесет заключение об отсутствии нарушения, а пострадавшая сторона не согласна с решением, то это обжалуется в административном суде. Срок на обжалование — 6 месяцев со дня получения заключения (или со дня, когда лицо узнало о нем) согласно Кодексу административного судопроизводства Украины", — сказал Никита Муренко.

Конечно, это все расходы: на судебный сбор, на юридическую помощь, на экспертизы.

"В абсолютных цифрах это может быть от нескольких тысяч гривен (минималистическая стратегия) до десятков тысяч и более при полноценном сопровождении тремя инстанциями. Точная сумма зависит от сложности дела и выбранного адвоката", — признал Игорь Ясько.

Пока что немногие возьмутся на текущей стадии прогнозировать завершение этого дела, хотя не исключается значительное возмещение, по крайней мере, за моральный ущерб.

"В скандале с monobank точно можно говорить о разглашении персональных данных человека. На моей памяти, в Украине было лишь несколько случаев реального привлечения к ответственности, обычно в таких инцидентах должен быть зафиксирован либо большой материальный ущерб, либо сильные физические травмы как последствия. Относительно разглашения банковской тайны в этой истории нужно делать тщательную проверку относительно передачи информации. В то же время пострадавшая сторона может идти в суд с иском о защите чести и достоинства. В таком случае может быть две стратегии: либо требовать у обидчика возмещения в виде символической 1 гривны, либо уже серьезного возмещения морального ущерба от 1 млн грн до 10 млн грн. Ведь он делал публичные извинения по этому вопросу, что по сути является явкой с повинной", — прокомментировал "Телеграфу" ситуацию управляющий партнер адвокатского объединения Suprema Lex Виктор Мороз.

Не исключено, что рассмотрение дела затянется на 2027 год.