Кого Европа направит на переговоры с Путиным. И зачем

Европа подготовила список требований к Путину.

Четвертая годовщина войны России против Украины знаменуется новым витком спекуляций о личной встрече Владимира Зеленского и российского диктатора Владимира Путина.

Но прежде всего — американским оптимизмом, что эта встреча может положить конец кровопролитию.

В то же время Европа пытается найти свое место за столом переговоров — ведь получается, что у Европейского Союза, который несет основное финансовое бремя помощи Киеву, нет шансов высказать мнение относительно собственного будущего.

Какие обсуждения проходят публично и за закрытыми дверями в Брюсселе, — рассказывает "Телеграф".

Саммит сейчас или после соглашения о мире?

Как отмечает в комментарии нашему изданию министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский, встреча на уровне лидеров должна состояться только когда соглашение о завершении боевых действий будет окончательно согласовано.

"Я лично скептически отношусь к неподготовленным встречам глав государств или правительств. У нас уже была такая встреча на Аляске. Она не помогла.

Думаю, саммит на самом высоком уровне должен проходить только тогда, когда соглашение уже согласовано, когда это подтверждение достигнутых договоренностей. Иначе рисков больше, чем возможностей", — сказал министр.

Более нейтральную позицию высказал глава МИД Германии Иоганн Вадефуль. Он заявил: к диалогу с Россией следует готовиться, но только руководству Украины решать, вести ли его.

"Я не вижу с российской стороны никакой готовности действительно дойти до компромисса. Мы должны быть готовы, конечно, к переговорам, и президент Зеленский готов к переговорам. Но теперь очередь за Россией показать, что она готова что-то отдать Украине. Это, я бы сказал, актуально в этом году, и Европа должна быть на стороне Украины", — отметил Вадефуль.

Противоположного мнения придерживается глава МИД Люксембурга Ксавье Бетель. По словам чиновника, любая встреча, которая может привести к прекращению огня, важна.

"Как мы сможем через несколько лет объяснить вдовам, матерям, что тысячи и тысячи молодых парней погибли из-за российской агрессии, а в конце концов никто даже не захотел договориться о прекращении огня?

Нам нужно прекращение огня как можно скорее. Поэтому любой диалог важен, и мы действительно призываем к диалогу. И если быть откровенным, мне действительно безразлично, кто именно будет сидеть за столом переговоров. Но я хочу, чтобы Европа присутствовала. Сейчас обсуждается будущее Европы, а нас там нет", — сказал Батель.

"Кто-то должен быть. Будет ли это Кая, или Урсула, или Антониу, или Эммануэль — мне все равно", — сказал он, перечисляя имена европейских топ-дипломатов в разговоре с корреспонденткой "Телеграфа".

Всегда прямолинейный и экспрессивный в своих высказываниях министр фактически кратко объяснил, на чем сейчас сосредоточен Европейский Союз — поиске своей роли на предстоящих саммитах высокого уровня.

Список требований к Кремлю

Сама Кая Каллас, глава европейской дипломатии, убеждена: решающим является не то, кто ведет диалог с Россией, а то, с какими требованиями Европа выходит на эти переговоры.

"Кто бы ни вел переговоры с Россией — будь то на двусторонней основе или как представитель Европы в целом — он также должен ставить вопрос о том, на какие уступки готова пойти Россия.

Если просишь много — получишь мало. Если просишь мало – не получишь ничего. А если не просишь ничего – придется еще и заплатить сверху. Сосредоточимся на том, какие именно уступки мы хотим увидеть с российской стороны, а не на том, кто будет приносить эти уступки к столу переговоров", — сказала она, общаясь с журналистами 23 февраля.

По данным СМИ, перед этим Каллас распространила среди государств-членов ЕС документ с основными требованиями, выдвигаемыми блоком к России.

Так, в случае ограничения численности украинских войск или их вывода из отдельных районов, аналогичные шаги должна предпринять и Россия. Документ также предусматривает недопущение де-юре признания временно оккупированных украинских территорий, а также требования по демилитаризации захваченных Россией земель.

Европейский Союз настаивает на прекращении Россией дезинформационных кампаний, актов саботажа, кибератак, нарушений воздушного пространства и вмешательства в избирательные процессы, как в государствах-членах ЕС, так и в соседних странах.

Отдельно отмечается неприемлемость размещения ядерного оружия в Беларуси, а также запрет российского военного присутствия и развертывание сил в Беларуси, Украине, Молдове, Грузии и Армении.

Как объясняет "Телеграфу" на условиях анонимности чиновник ЕС, подход Каллас — четко поставить европейские интересы на повестку дня.

"Любой план прекращения войны России против Украины потребует поддержки Европейского Союза. Мы должны увидеть четкие обязательства со стороны России относительно ее подлинного стремления к миру. И в то же время необходимо обеспечить должное представительство интересов Европы.

Мы видим преимущества в том, чтобы была одна фигура, которая будет говорит от имени 27 государств-членов, но на этом этапе не будем вдаваться в детали", — сказал собеседник.

Будет ли европейский специальный представитель?

При этом другой источник в европейских дипломатических кругах выражает скептицизм по поводу участия Каллас или любого "проукраинского дипломата" в переговорном процессе.

"Россия не примет никого с сознательной позицией. Мы же не будем отправлять от имени Европы, скажем, Шредера или кого-то подобного", — описывает собеседник, в шутку вспоминая пророссийского экс-канцлера Германии.

По данным нашего издания, среди стран-членов ЕС пока нет консенсуса даже по самым простым вопросам: нужна ли должность специального представителя, следует ли "откомандировать" кого-то из руководства Союза для этой роли.

Ситуация свидетельствует о глубокой дилемме Европы: с одной стороны – стремление влиять на мирный процесс и гарантировать собственные интересы, с другой – разногласия внутри блока и скепсис относительно готовности России к компромиссу.

ЕС оказывается на своеобразном перекрестке: от него зависит не только будущая позиция на переговорах, но и возможность демонстрировать единство в решающие моменты.

И пока продолжаются спекуляции о встрече Зеленского и Путина, Брюссель пытается сохранить собственный голос, чтобы быть услышанным тогда, когда ставки действительно станут самыми высокими.