Молюсь, чтобы США атаковали Иран. Это поможет Украине: главный раввин о Трампе, ухилянтах в Израиле и сдаче территорий

В армии Израиля ордена получают солдаты, а не генералы

Главный раввин Украины Моше Реувен Асман претворяет в жизнь то, что сам называет "народной дипломатией". Религиозный лидер активно путешествует по США и в высоких кабинетах республиканцев и демократов рассказывает правду о российско-украинской войне. Еврей, родившийся в Ленинграде и уже более 30 лет живущий в Украине, из-за российской агрессии потерял сына, поэтому к его мнению прислушиваются.

Недавно раввин вернулся из такой поездки в Штаты. Продолжится ли поддержка Киева Вашингтоном? Откуда в американский дискурс проникает российский взгляд на войну и чему ВСУ могли бы научиться у ЦАХАЛа? На эти и другие вопросы Моше Асман ответил в интервью "Телеграфу".

"Консерваторы слушают Карлсона, транслирующего российскую пропаганду"

– Недавно вы вернулись из США, где провели много встреч с американскими чиновниками в поддержку Украины. Какие выводы сделали? Американские элиты за нас или есть нюансы?

– Каждый мой визит – это народная дипломатия, так сказать. Я был приглашен на Ukrainian Week в Вашингтоне, молитвенный завтрак, международный межрелигиозный форум, выступал в Конгрессе США, Сенате, Госдепартаменте. Я использовал эти площадки, чтобы донести правду о том, что происходит в Украине. Каждая встреча – это божественное провидение.

Например, в одном месте (не буду говорить где) я встретился с группой помощников и советников одной очень уважаемой персоны. Мы несколько часов разговаривали, и я почувствовал, что они были дезинформированы российскими нарративами. Я был в шоке…

– Например? Какие мифы относительно Украины у них были?

– Они думали, что в украинской армии нацисты. Я говорю: "Откуда вы получили такую информацию и когда в последний раз были в Украине?" Выяснилось, что они там не были. Тогда я перешел в наступление и объяснил им: кто лучше знает ситуацию – я, человек, постоянно проживающий в Украине, или они, которые ни разу здесь не были, но получают информацию из непонятных источников? После нашей встречи они поняли, что ошибались или что их ввели в заблуждение.

Можно привести пример пастора Марка Бернса (духовный советник Трампа – ред. ). В свое время я смог пригласить его в Украину. Он приехал и через двое суток все понял, развернулся на 180 градусов и стал патриотом Украины. Каждый день по телевидению и во всех СМИ он говорит правду.

Впрочем, большинство людей понимают, что происходит в Украине. И неважно, они из Демократической партии или из Республиканской. Но есть люди, мыслящие более прагматично и полагающие, что это не американское дело.

– Вы привели пример Марка Бернса. Действительно, до поездки в Украину он говорил и писал одно, а затем его позиция кардинально изменилась. Но откуда американцы набираются этих мифов об Украине? Российское лобби настолько мощное?

– Не думаю, что дело именно в этом. Хотя там есть такое понятие, как "лоббисты", и Россия наверняка платит им – просто не напрямую.

Russia Today работает, у них бюджет 800 миллионов долларов. Кроме того, есть такие журналисты как Такер Карлсон. Он взял интервью у Путина, и стало ясно, что он сознательно транслирует российскую пропаганду. Затем он начал работать против Израиля – и все поняли, что получает деньги из Катара. А многие из консервативного крыла его слушают и думают: "Ну он же профессионал".

О Трампе и справедливом мире

– Вы записали песню и обратились с ней к Трампу, чтобы он помог достичь Украине "справедливого мира". В вашем понимании, что такое для Украины сейчас "справедливый мир"?

– Это очень тонкая тема. Конечно, я хочу, чтобы Украина победила. И я уверен, что она когда-нибудь вернет свои земли, потому что ложь не имеет опоры, как написано. В конце существования Советского Союза я помню, как мне говорили, что это навеки, навсегда, что это империя, которую невозможно победить. Вдруг империя развалилась, как карточный домик. Ложь может просуществовать 60, 70, 80 лет, но у нее есть конец.

Поэтому я думаю, что справедливый мир – это мир, после которого не последует еще одна война. Я сейчас не говорю о территориях. Не хочется отдавать ничего. Но Финляндия в свое время отдала территории и сохранила независимость.

Украина уже сейчас победила, потому что у России была задача за три дня уничтожить нас как государство. Надо быть реалистами. Надо сделать такой мир, чтобы не было войны потом и чтобы Россия не напала через несколько лет. А территории Украина вернет. Может быть, это будет очень быстро.

– Мир, после которого не будет еще одной войны – это, очевидно, о гарантиях безопасности от США. Готовы ли нам их дать? После ваших встреч в США у вас возникла такая надежда?

– Я не могу спекулировать, ведь не общался с президентом Трампом. Многие люди относятся к нему негативно, но хочу сказать о положительных вещах. Например, я молюсь, чтобы США атаковали Иран и уничтожили преступный иранский режим. Это одна ось зла: Иран помогает России, а Россия помогает Ирану.

Меня часто спрашивают: "А как Израиль помог Украине?" Но в Сирии Израиль разбомбил самолеты и вооружение, которое могли бы перекинуть в Россию. И, может быть, это не прямая, но реальная помощь Украине. Так же если США уничтожат иранский преступный режим, иранский народ станет свободным, и это будет большой шаг к победе над российским режимом. Потому иногда США могут помогать не напрямую. Украине очень важно быть рядом с Соединенными Штатами, потому что от них реально зависит помощь.

– В одном из предыдущих интервью вы сказали: "Если бы мне дали с Трампом поговорить полчаса, поверьте, я нашел бы, что ему сказать". Что бы вы сказали?

– Даже не пол часа. Несколько минут – тет-а-тет. Я бы хотел с ним встретиться. Не сделать фото где-нибудь на ивенте, а зайти так, чтобы он меня выслушал. Чтобы ему сказали: "Вот этот человек, послушайте его".

Я бы сказал ему, что приехал из Украины, живу здесь, я еврей, главный раввин, у меня здесь погиб сын, а дочь служит в армии Израиля. Я знаю, что такое Украина, хоть и родился в Советском Союзе. Я знаю Россию, Украину и Израиль. А дальше – Соединенные Штаты. И как написано в наших святых книгах: слова, исходящие из сердца, входят в другое сердце. Иногда можно повлиять на человека, когда сидишь напротив него и эмоционально говоришь правду.

– Впрочем, президенту Зеленскому в Овальном кабинете, к сожалению, это не удалось.

– Я не имею права обсуждать президента. Но если бы он посоветовался со мной, мне было бы что ему сказать. Я так думаю. Просто со мной не совещаются.

– В одном из своих недавних постов в Facebook вы написали: "Я не пророк, но после встреч в Госдепартаменте США надеюсь, будут хорошие новости". Можно больше деталей?

– Сразу подчеркну: я не даю никаких прогнозов или дат, когда закончится война. Я не пророк. Могу только сказать: "Я думаю". У меня была очень хорошая встреча, удалось открыть людям глаза, убедить их. Я смог донести многое до тех, кто принимает решения. Я уверен, что это поможет.

Мне удалось убедить Марка Бернса, и теперь он открыто говорит: "Я изменил свое мнение". Но я не знаю, сколько людей он убедил. Он знаком и общается с теми, кто был против Украины.

Я не говорил, что война закончится в такую-то дату. Даже если бы мне позвонил президент Трамп и сказал, что война закончится завтра в 15.00, я бы никому этого не сказал.

В армии Израиля нет "совка"

– Вы вспомнили, что ваша дочь служит в армии Израиля. Объясните, почему Израилю удалось создать такую систему, в которой в большинстве своем от мобилизации никто не уклоняется, а у нас, к сожалению, этого не удалось?

– Во-первых, в Израиле защищать свою страну – это честь. Это маленькая страна, и от каждого зависит ее судьба. Да, есть религиозные люди, которые не служат в армии, но они не служат не потому, что уклоняются, а потому, что считают, что изучение Торы больше помогает для победы.

Во-вторых, все знают, что Израиль за каждого человека – солдата или гражданского – будет бороться до конца. Если человек попадет в плен или с ним что-нибудь произойдет, все государство будет его спасать.

Украина – молодое государство, армия только выстраивается. Очень многое зависит от командиров и от того, в какое подразделение человек попадет. Когда человек идет в израильскую армию, первое, чему учат, – это общение друг с другом. Приходят люди, не знавшие друг друга: из разных регионов, один инженер, другой рабочий. Проводится психологическая работа, чтобы люди понимали: когда идут в бой, они должны прикрывать друг друга, спасать. Формируются братские отношения. В армии Израиля есть специальные психологи, которые над этим работают.

В Израиле нет "совка" в армии, как это работает в русской армии или иногда случается в украинской, когда командиры – это одна каста, а солдаты – другая. Солдаты, генералы и офицеры едят вместе в одной столовой ту же еду. Командиров даже называют по прозвищам. Например, премьер-министра Беньямина Нетаньяху называют Биби. Так его звали в армии.

То есть солдат не обращается "товарищ генерал" или "товарищ полковник". А у нас я знаю командиров, которым нужно, чтобы правильно оформили бумажку или почистили обувь. Но в армии главное – выжить, спасти жизнь, не стать "трехсотым" и чтобы им не стал твой товарищ.

У израильского генерала нет орденов. В Израиле награды получают солдаты, а не генералы. Задача генерала – сделать все, чтобы сберечь солдат. Поэтому нет столь жесткой иерархии. Генералы часто идут первыми – на первом же танке, а не находятся где-то в командном пункте.

– У Израиля есть уникальные условия военного сотрудничества с США – подписан долгосрочный меморандум безопасности. Как Израиль добился столь крепкого партнерства? Мы же также стремимся к схожим условиям.

– Так было не всегда. Когда в 1948 г. основали государство, Израилю вообще никто не помогал. ООН предоставила мандат на создание Израиля и фактически оставила его без оружия. В первый же день на Израиль напали арабские страны (Египет, Иордания, Сирия, Ирак, Ливан, — ред.)

США начали активно помогать примерно через 20 лет. Выстроились отношения, потому что Израиль – партнер США на Ближнем Востоке, единственная демократия в регионе. Не потому, что Штатам было жаль Израиль.

Сейчас Израиль даже хочет отказаться от американской помощи, чтобы выстраивать партнерские отношения и не зависеть от США. И я не думаю, что Украина должна всегда зависеть от кого-то: Европы или США. Украине нужно полагаться, прежде всего, на себя.

К примеру, даже когда Израиль покупает самолеты в США, всю "начинку" сразу переделывает под себя, чтобы не зависеть даже от союзника.

"Украинцы чувствуют то, что столетиями чувствовали евреи"

– В прошлый раз в интервью мне вы сказали, что россияне ненавидят украинцев так же, как нацисты – евреев. По вашему мнению, в чем корни этой ненависти?

– Это следствие пропаганды. Я не говорю, что все россияне ненавидят. В России много людей, которые переживают за Украину и которым стыдно за все это. Но все началось с пропаганды.

В Германии была пропаганда Геббельса, когда из евреев делали чудовищ, мол, все проблемы из-за них. И люди стали в это верить. Сегодня украинцы оказались в роли евреев и могут почувствовать, что евреи испытывали столетиями.

Во всех теориях заговора в России, в небылицах – начиная от "распятого мальчика" в Славянске – во всем виноваты украинцы. Это вбивают людям в головы по телевидению, этому учат детей в школах. Им говорят, что они антифашисты, а в Украине все фашисты, нацисты. И у людей даже не возникает логического вопроса: если там 99% фашистов, то кого же они "освобождают"?

Вспомните, как было после смерти Сталина. Пришел Хрущев и вдруг сказал: "Сталин уничтожал свой народ".

– Путинский режим, по вашему мнению, нацистский?

– Они убивают невинных людей. Если какой-нибудь бандит убивает на улице, его сажают – общество его изолирует. А тут приходят убивать и СМИ это поддерживают. Они говорят, что идут уничтожать людей, потому что решили, что те – фашисты. Но кого угодно можно назвать фашистом. Сегодня это украинцы, а завтра – поляки, европейцы, американцы.

Нацисты также говорили, что идут "освобождать" от коммунистов, евреев. Сначала обезличивают, как это было с евреями, потом забирают имущество, права, говорят, что это не люди. А дальше дело техники: идут убивать как на священную войну.

– Относительно "священной войны". Когда к этой пропаганде приобщается русская церковь, это уже не церковь?

– Мне неэтично вмешиваться в другие религии. Могу лишь сказать, что, по моему мнению, любая церковь, религиозные лидеры должны быть за спасение людей, а не за войну. Если руководство страны хочет идти убивать, религиозные деятели должны пытаться убедить сделать все, чтобы спасти людей.

– Бог накажет Путина за эту войну?

– Бог накажет всех. Там не только Путин – там сама доктрина такая. Если его не будет, будут другие. Народ заражен пропагандой.

В Иране, например, большинство населения против режима. Он держится только на штыках стражей исламской революции. Мы видели, как народ в Иране восставал. В России ситуация другая. Но я думаю, что Бог в любом случае воздаст по заслугам всем, кто причастен к этой страшной трагедии – войне.