Александр Когут: "Украинцев очень трудно защитить от мошенничества, если они начинают играть на нелегальных российских платформах"

В эксклюзивном интервью "Телеграфу" президент Ассоциации украинских операторов игорного бизнеса (АУОГБ) — о трендах украинской игорной индустрии, борьбе с тенью и попытке забрать у россиян рынок в размере 62 млрд.

О выручке и динамике рынка

Можно назвать текущие показатели украинского игорного рынка – средний чек, основные каналы игры, выручку, уплаченные налоги, уровень тени?

— Большинство игроков тратят на игру до 1000 гривен, средний уровень расходов в неделю – до 1974 гривен. Доминирующим каналом игры для всех видов азартных игр остается мобильное приложение. В покер и лотереи играют через мессенджеры или чат-боты. Это результаты исследования международной компании KANTAR.

По данным НБУ, в 2025 году общий объем пополнений игорных счетов составил около 158 млрд грн. Чистая выручка отрасли — 47,12 млрд грн. Налоги, уплаченные за год, – 17,4 млрд грн. Важное замечание. 47,12 млрд грн – это официальные данные Государственной налоговой службы. Но у нашей Ассоциации есть собственные оценки. Опираясь на разные источники информации, мы оцениваем годовую выручку рынка более оптимистично — на уровне 62,07 млрд грн.

Если считать в валютном эквиваленте, легальный сегмент азартных игр не показывает роста. Думаю, во втором квартале из-за чемпионата мира по футболу рынок немного оживет. Но концептуально рынок в 2026 году не увеличится. В валютном эквиваленте белый сегмент в 2026 году падает, черный растет. По показателю GGR рынок практически стоит на месте. Мы обнародуем всю статистику за І полугодие. Она не очень.

Справочно. Gross Gaming Revenue, валовой игровой доход операторов рынка азартных игр. Он рассчитывается как разница между суммой принятых ставок и суммой выплаченных выигрышей. Но когда я говорю о GGR или выручке, то имею в виду исключительно легальных операторов.

Уточните, пожалуйста. Почему ваши оценки выручки отрасли не совпадают с оценками налоговой?

— В 2025 году было остановлено действие лицензий нескольких игроков. Они обратились в суд, чтобы возобновить лицензии, но не предоставляли отчетности.

Если исходить из нашей оценки выручки на уровне 62,07 млрд грн, то значительно легче объяснить, почему сумма уплаченных налогов в 2025 году стала рекордной за всю историю отрасли. Когда выручка уменьшается, а налоговые поступления растут, это выглядит нелогично, особенно ввиду того, что налоговая нагрузка на отрасль в последнее время не изменялась.

О налогах

Вы сказали, что отрасль уплатила 17,4 млрд грн налогов. Это, по вашему мнению, вообще много для такой отрасли, как ваша? Это больше, чем в прошлом году?

— В 2024 году было уплачено 17,2 млрд грн, в 2025 году — 17,4 млрд грн. С 2021 по 2025 год средний темп роста уплаченных налогов составил 189%. Такого не демонстрирует ни одна область в этой стране. Вы спрашиваете, много ли это? Это примерно годовой бюджет таких городов, как Львов, Николаев или Днепр.

Можно уточнить? Недавно премьер-министр заявила, что правительство выделило дополнительные 10,8 млрд грн на закупку и производство вооружения, и это якобы налоги от игорного бизнеса. Речь идет о 10,8 млрд или о 17,4 млрд грн?

— Во-первых, премьер-министр говорила о налоговых поступлениях в текущем году, а я сейчас говорю о результатах 2025 года.

Во-вторых, те 10,8 млрд грн, о которых говорила Свириденко, — это не только вклад игорного бизнеса. Там учитывались поступления от налога на доходы физических лиц.

Скажу откровенно: нам очень приятно слышать на государственном уровне, что отрасль играет важную роль в поддержке армии. Мы относимся к бюджетообразующим отраслям, и это хорошо понимают в правительстве.

Впрочем, если уж говорить о налогах, то для правительства приведу еще одну цифру. Если государство заблокирует хотя бы половину нелегального рынка, Министерство финансов дополнительно получит около 12 млрд грн в год. Эта игра стоит свеч! Именно поэтому Украине нужна полноценная правительственная программа по борьбе с нелегальным гемблингом — такая, как существует во многих странах мира.

В своих сообщениях Даниил Гетманцев пишет, что отрасль может заплатить дополнительные 20 млрд грн…

— Если в стране будет заблокировано 100% нелегального рынка, то Минфин получит дополнительно 20–22 млрд грн в год. Очень простая математика. Налоги сегодня платит только белый лицензированный бизнес. Правительство должно создать программу по борьбе с нелегальным рынком. Такую, которая существует во многих странах. Эффект от реализации программы — те самые дополнительные 20 млрд грн налогов, о которых вы меня спросили. Но что имел в виду Даниил Александрович, лучше у него спросить.

О нелегальном рынке и борьбе с ним

Я читал новости Ассоциации. Сегодня теневой рынок больше белого? Можете конкретно сказать, какова сегодня доля черного рынка? Сколько это в деньгах?

— Легальный рынок генерирует около 47 млрд грн выручки, тогда как нелегальный – около 62 млрд грн. Совокупно весь рынок — это примерно 110 млрд грн, или около 2,5–2,7 млрд. долларов США. Это консервативные расчеты.

Результаты последних исследований KANTAR подтверждают, что в последние полгода легальный рынок сократился. Доля нелегального рынка за полгода выросла с 53% до 57%.

Кстати, каков уровень в тени в странах ЕС? Как выглядит Украина по сравнению с другими странами?

— По оценкам H2 Gambling Capital, нелицензированный сегмент онлайн-гемблинга в Европе составляет примерно 20–25%, хотя этот показатель сильно отличается в зависимости от юрисдикции. К сожалению, Украина вместе с Венгрией и Францией оказалась среди ТОП-3 стран с наибольшим уровнем тени в игорном бизнесе. В последнем исследовании PWC сравнила так называемый уровень "канализации рынка" (=показатель тени) разных стран ЕС. Так вот, в Италии теневой рынок составляет всего 2%, в Великобритании — до 6%, в Греции — 9%, в Дании, Испании и Эстонии — 11%, в Чехии — 18%, в Латвии — 21%, в Словакии — 30%, Швеции — 35%, Нидерландах — 37%, Бельгии — 41%, Германии – 35-50%. Соответственно, страны с самыми плохими показателями Украина и Франция — 57% и Венгрия — 71%.

Это оценочные цифры из разных источников. На размер теневого сегмента оказывают влияние четыре фактора: эффективность государства в борьбе с нелегальным рынком, регуляторная политика, система налогообложения и рекламные ограничения.

Кто, по вашему мнению, сегодня контролирует нелегальный рынок в Украине?

— В большинстве случаев – россияне. Те, кто работал у нас раньше, но попали под санкции. Пять российских брендов контролируют 80% всего нелегального рынка.

Мы провели исследования и обнаружили, что из 30 самых популярных игровых брендов в Украине, 15 — нелегальные. Их контролируют именно российские платформы. Я не стану их называть, чтобы не рекламировать. Их знает весь рынок.

Регулятор тоже знает эти бренды?

— Да, конечно.

Какие шаги должно сделать государство, чтобы деятельность нелегалов стала физически и финансово невозможной? Какими должны быть эти шаги?

— Главное, что необходимо сделать государству, – определить борьбу с нелегальным рынком одним из государственных приоритетов. По-моему, это ключевая задача.

Теперь, как вы просите, давайте пошагово рассмотрим, как бороться с нелегальным рынком. Эти шаги не являются каким-либо открытием — это делают многие страны.

Во-первых, нелегальные казино должны блокироваться онлайн в режиме 24/7. Должна быть создана качественная процедура выявления и блокирования этих сайтов при непосредственном участии регулятора, НКЭК и правоохранительных органов.

Процедура должна быть простой, автоматизированной, быстрой и непрерывной. Ключевое слово здесь – скорость блокировки. Потому что темпы создания так называемых "зеркал" нелегальных сайтов очень высоки.

Скажите, а у государства есть реальные возможности для быстрой блокировки?

— Безусловно. Есть конкретные технические механизмы, давно наработанные и известные регулятору. Ассоциация давно передала свои предложения.

К примеру, фишинговые сайты сегодня блокируются НБУ в режиме 24/7. И это бенчмарк решения этой задачи. Изобретать ничего не нужно. Надо просто взять и сделать.

Мы сегодня всеми силами пытаемся подтолкнуть государство к более быстрому и эффективному решению этой проблемы. Понимаете, украинцев очень трудно защитить от мошенничества, если они начинают играть на нелегальных российских платформах.

Мы видим в пресс-релизах чиновников, что сейчас сайты все ж таки блокируются. А как сейчас происходит блокировка?

— Медленно. Нынешний алгоритм блокировки нелегальных сайтов позволяет осуществлять блокировку через пять дней. Это неэффективный и морально устаревший механизм. Именно это одна из фундаментальных причин процветания нелегальных платформ.

Если сайт блокируется через пять дней после обнаружения, в такой блокировке практически нет смысла. За это время нелегалы успевают создать новые "зеркала". Потому что перенесение нелегальной платформы на новый домен занимает буквально несколько часов.

У нелегалов работает настоящая фабрика нелегальных сайтов, а тысячи доменных имен уже зарезервированы заранее.

Только внедрение автоматизированной системы мгновенной блокировки позволит быстро блокировать нелегалов. Это первый базовый шаг. Это стартовая домашняя задача государства.

Далее нужно пройтись по всему бизнес-циклу нелегального гемблинга.

Первое, как я сказал – блокировка сайтов.

Второе — максимально ограничить рекламу нелегальных азартных игр. Причем не только в социальных сетях, но и других онлайн-площадках.

Третье направление – блокировка нелегального процессинга. Без Национального банка и платежных систем эффективная борьба с нелегальным рынком невозможна. Нелегальные платформы не могут существовать без отлаженных механизмов приема платежей. Речь идет о дропах, мискодингах, P2P-схемах и других инструментах. В большинстве случаев все операции нелегального бизнеса проходят через банковскую систему.

Жизнеспособность нелегального игорного бизнеса во многом зависит от возможности принимать платежи от игроков. Замораживание платежей в пользу нелицензированных операторов очень сильно ударит по их бизнес-модели.

Нужно работать по всей бизнес-цепи нелегалов.

Четвертое направление – работа с производителями софта. Я глубоко убежден, что регулятор должен работать с поставщиками игорного программного обеспечения для нелегальных операторов. Практика состоит в том, что одни и те же иностранные поставщики софта поставляют один и тот же продукт и легальному бизнесу, и нелегальному. Так не должно быть. В мире около 35 основных поставщиков такого софта. Мы считаем, что именно государство должно обратиться к ним с официальным письмом, чтобы они заблокировали возможность нелегалам использовать их программное обеспечение на территории Украины. В Швеции такие шаги дали эффект, и им удалось существенно сократить объемы нелегального рынка. Пока что только операторы рынка обратились к отдельным производителям софта.

А регулятор не обращался?

— Мне об этом неизвестно. Вы лучше у них спросите.

Мы сейчас читаем в некоторых сообщениях: "А давайте будем давать по рукам тем легальным операторам, которые рекламируются на пиратских сайтах…"

— Это один из лоббистских проектов нелегалов. Смотрите, в чем их логика.

Если вы, как государство, будете преследовать белых операторов и блокировать им возможность рекламироваться на нелегальных пиратских сайтах, то от этого выигрывает только нелегальный рынок. Если вы одним росчерком пера убиваете рекламные и маркетинговые возможности легальных операторов, эту нишу быстро занимают нелегалы. Понимаете, легальные и нелегальные платформы – это конкуренты. Фактически предлагается освободить поле для нелегалов. Пиратские сайты существуют, они не заблокированы. Это кому-то выгодно. Но ограничивая белых операторов, вы прямо поможете чёрным. Кто-то в Украине очень хочет, чтобы вся реклама на нелегальных сайтах вела на российские платформы, нелегально работающие в Украине. Это часть конкуренции между белыми и нелегальными операторами. Но, к сожалению, кто-то забрасывает в головы чиновников такие идеи.

Пока что борьба с нелегальным рынком в Украине для чиновников не стала приоритетом?

— К сожалению, нет.

Уточните, пожалуйста, есть ли у вас расчеты относительно того, какие потери несут государства и белые операторы из-за существования черного рынка?

— Я уже фактически ответил на этот вопрос. Но давайте еще раз. Белые украинские компании фактически теряют 62 млрд грн выручки, которые сегодня находятся в тени. Нелегалы не платят государству ни одной гривны налогов. Нелегальный сегмент, занимающий 57% рынка, уклоняется от уплаты налогов на сумму около 19–20 млрд грн ежегодно. Это прямые потери государственного бюджета.

Об иностранном аппетите к украинскому рынку

Почему иностранные компании не спешат заходить на украинский рынок гемблинга?

— Потому что Украина сегодня остается высокорисковой юрисдикцией. Речь идет не только о войне. Серьезным фактором также является сложная регуляторная среда. Это касается не только гемблинга, но и многих других отраслей экономики.

Международные инвесторы, работающие в нашей индустрии, внимательно наблюдают за тем, какими будут окончательные налоговые и регуляторные правила.

Со своей стороны мы поддерживаем активный диалог с европейскими и британскими отраслевыми ассоциациями. Они хорошо понимают украинский рынок, его емкость, количество игроков и основные регуляторные вызовы.

Они уже заказывают разные аналитические исследования и внимательно следят за изменениями, которые готовят Минцифры, PlayCity и Верховная Рада.

Я убежден, что при наличии ясных и прозрачных правил шансы на приход международных инвесторов будут очень высокими. Причем речь может идти не только о выходе новых компаний на рынок, но и о приобретении уже действующих украинских операторов.

Мы, как Ассоциация, рассматриваем украинский гемблинг как часть европейского рынка. Мы хотим сформировать понятные и прозрачные правила игры, потому что заинтересованы в росте капитализации (стоимости) украинских компаний.

Чем качественнее будет регуляторная среда, тем выше будет рыночная стоимость украинских операторов и тем более привлекательными они станут для международных инвесторов.

Я убежден, что приход крупных иностранных игроков – это вопрос времени.

Я также убежден, что стоимость наших операторов будет расти, поскольку у украинского рынка есть значительный потенциал роста.

О лоббизме

Скажите откровенно, вы, по сути, лоббисты "белого" бизнеса?

— Мы зарегистрированы в Реестре лоббистов. Абсолютно легальные лоббисты. В этом нет никакого секрета.

Назовите три законодательных приоритета вашей отрасли…

— базового Закона Украины "Об азартных играх", реформа налогообложения, изменение регулирования рекламы. Дальнейшее продвижение этих изменений в значительной степени зависит от работы Кабинета министров и Верховной Рады. Однако мы начали вести конструктивный диалог с ключевыми стейкхолдерами. Мы очень надеемся, что изменения в Налоговый кодекс сделают рынок более привлекательным и снизят количество судебных споров.

Налоги и реклама – это очень важные приоритеты. Работа над этими законодательными проектами также уже начата.

Можно провокационный вопрос? Вы сказали, что сейчас у государства нет ответственного за борьбу с нелегальным рынком. Как вы думаете, такая ситуация может быть результатом лоббизма ваших оппонентов — нелегалов?

— Да, провокационный вопрос. Это вопрос не ко мне. Лучше адресовать его чиновникам. Эти вопросы нужно лучше урегулировать законодательно. Или, как я уже сказал, правительство должно создать отдельную программу борьбы с нелегальным рынком и назначить ответственного. Для этого должно быть желание и политическая воля.

Ладно, давайте по-другому сформулирую вопрос. Работают ли в Украине лоббисты российских нелегальных казино?

— Работают. И очень агрессивно.

Какие, по-вашему, у них приоритеты?

— Я думаю, две цели. Первая – дискредитация белого рынка и увеличение доли нелегальных брендов. Вторая – некоторые российские компании хотят получить лицензии и вернуться на украинский рынок.

Новых кандидатов, желающих получить лицензию на право организации азартных игр в Украине, как-то проверяют на российские корни?

— Это, опять же, вопрос к регулятору. Мы не выдаем лицензии. Но вопрос вы задаете очень правильный.

PlayCity и Минцифры объявляли о планах автоматизации процедуры выдачи лицензий. Разрешения будут выдаваться без влияния чиновника… Это может упростить приход россиян на украинский рынок?

— Вот вы уже нафантазировали! Целая теория заговора. Нет механизма – не о чем говорить. Мое личное мнение состоит в том, что все кандидаты должны проходить качественную проверку СБУ. Как это сейчас работает — опять же, вопрос к регулятору. Если кто-то допустит на наш рынок российского оператора, он должен за это отвечать. Должны быть предохранители, чтобы российский бизнес сюда не пришел.

Проблемы налогообложения

Что не так с системой налогообложения в вашей индустрии?

— Легальный бизнес генерирует пять видов налогов, плюс лицензионные сборы. Белые операторы облагают налогом выигрыши игроков — физических лиц, работают открыто и платят все предусмотренные законом налоги.

У каждого легального оператора есть РРО – регистратор расчетных операций. По сути, это фискальный кассовый аппарат или программное обеспечение, которое фиксирует все продажи. Через некоторое время также заработает ГСОМ — государственная система онлайн-мониторинга.

Параллельно работает нелегальный бизнес, фактически не ограниченный в своих действиях. Он может рекламироваться где угодно, не имеет маркетинговых ограничений и, главное, не платит налогов.

У нелегального рынка есть собственные транзакционные расходы – на организацию нелегальных платежей, обход законодательных требований, ограничений Национального банка и банковской системы. Они постоянно сталкиваются с проблемами проведения платежей. Для этого работают нелегальные процессинговые центры и многочисленные компании-посредники, обеспечивающие внесение и вывод средств для клиентов нелегальных платформ.

Однако даже с учетом этих расходов их трансакционные расходы обычно не превышают 10–15%. В то же время легальный рынок совокупно платит более 28% налоговой нагрузки. Чувствуете разницу: 10-15% и 28%? Это фундаментальная причина того, что нелегальный бизнес имеет конкурентное преимущество и продолжает расти.

Но проблема не только в этом. Даже выплачивая эти 28%, белый бизнес не может работать спокойно. Дело в том, что в украинском законодательстве относительно налогообложения игорного бизнеса существует большое количество коллизий, приводящих к многочисленным судебным спорам. То есть легальные операторы не только платят значительные налоги, но и вынуждены постоянно тратить средства на адвокатов и юридическое сопровождение. Весь легальный игорный бизнес находится в зоне налоговых рисков.

Что, по-вашему, нужно изменить?

— Мы считаем, что налоговые правила следует пересмотреть кардинально. Речь идет не о снижении налогов, а о разработке четких и понятных правил. Легальный рынок должен быть приоритетом для государства. Он не должен дискриминироваться из-за нечеткого или противоречивого законодательства. Главное — система налогообложения должна быть понятна и предсказуема. Члены нашей Ассоциации хотят четко и спокойно платить налоги и вести бизнес.

Давайте больше конкретики. Можете привести конкретные примеры налоговых коллизий, о которых вы рассказываете?

— Два примера. Начнем с НДФЛ. Представьте ситуацию: человек заходит в онлайн-казино, пополняет счет на 1000 грн, играет, ничего не выиграет и хочет вывести остаток средств. Из отдельных трактовок налогового законодательства следует, что даже из этих средств нужно уплатить 18% НДФЛ и 5% военного сбора. То есть выходит, что игрок не получил никакого выигрыша, но все равно должен уплатить налоги.

Это — по версии налоговой. Понятно, что операторы оспаривают такие подходы в судах и в большинстве случаев выигрывают эти дела. Однако в таких условиях игрок может просто потерять желание пользоваться услугами легального казино. Так быть не должно. Именно поэтому мы ведем диалог с народными депутатами, Министерством финансов и Министерством цифровой трансформации относительно устранения таких коллизий.

Я говорил и буду говорить: государство должно делать легальный рынок более конкурентоспособным по сравнению с нелегальным. Сегодня же создается впечатление, что все требования и проверки направлены именно на тех, кто платит налоги, в то время как нелегальный сегмент работает за пределами контроля.

Проблема заложена еще в базовом законе об азартных играх?

— Да. Такие вещи следует исправлять и в базовом законе, и в профильном налоговом законодательстве.

А второй пример какой?

— Существует, например, много споров вокруг налогообложения GGR – валового игорного дохода. Мы считаем, что если оператор уже уплатил налог с GGR, то эта сумма уплаченного налога на валовой игорный доход должна учитываться при расчете налогооблагаемой базы налогом на прибыль. Однако на практике мы снова видим разные трактовки законодательства и большое количество судебных споров. По нашему мнению, налоговое законодательство должно быть выписано таким образом, чтобы операторы не платили налоги дважды с одного и того же дохода.

И это всего два ярких примера из многих. Именно поэтому уже подготовлен пакет законодательных изменений, который должен навести порядок в сфере налогообложения отрасли. Остается вопрос политической поддержки и дальнейшего продвижения этих инициатив через Кабинет министров и Верховную Раду. И тут роль Минцифры огромна.

Сейчас в парламенте очень плохо проходят законопроекты. Насколько трудно будет продвигать такие конфигурации?

— В нынешнем составе парламента это будет очень трудно. Вы правы: там сейчас за любой законопроект очень сложно собрать необходимое количество голосов. Законопроект может пройти первый этап — Кабинет министров, но в конце концов голосовать за него должны народные депутаты. Понимаете, исторически любые законопроекты, связанные с игорным бизнесом, рассматриваются буквально под микроскопом и часто вызывают подозрения.

Однако мы, как Ассоциация, всегда работаем максимально открыто. Позиция отрасли публична, равно как и позиция регулятора. Во многих вопросах наши подходы совпадают. Наша стратегическая цель проста: создать такую систему налогообложения, при которой ведение легального бизнеса будет иметь экономический смысл, а механизмы уплаты налогов будут максимально понятны и предсказуемы.

О левом популизме в ЕС и законе Лаффера в гемблинге

Во многих странах ЕС в последнее время раздается популистская риторика: мол, нужно повысить налоги для игорного бизнеса. Что вы об этом думаете?

— Во многих странах политики левого толка любят продвигать такие идеи, особенно накануне выборов. И это имеет свои последствия. Рынок Нидерландов упал на 7%, Германии — на 1,4%. Я говорю о белом рынке. Там пытались увеличить налоги и ограничить возможности легального рынка. В Польше рост составил 14%, в Финляндии — 26%, в Испании — 17%. Там снижали налоги и регуляторное давление.

Понимаете, есть хорошо известная экономическая теория Артура Лаффера. Ее суть состоит в том, что после определенного уровня повышения налогов налоговые поступления начинают не расти, а уменьшаться. Можно повысить налоги для отрасли, но в результате сумма уплаченных налогов снизится. Кстати, есть свежие исследования PricewaterhouseCoopers относительно влияния жесткого налогообложения и регулирования на игровой рынок. Когда игроки в определенной стране испытывают чрезмерное налоговое давление или чрезмерные ограничения, они начинают искать альтернативу. В случае гемблинга это означает переход к нелегальным операторам. В результате легальный рынок сокращается, а поступления в бюджет падают. Именно поэтому я поддерживаю подход, при котором главный упор делается не на повышение налогов, а на качественном, взвешенном регулировании на основе математического прогнозирования. Путь повышения налогов – это путь к тени. А тень – это подруга коррупции. Регуляторы и законодатели должны учитывать, что у потребителя всегда есть выбор. Если его чрезмерно ограничивать или перегружать налогами, он перейдет к нелегальному сегменту, где налогов вообще нет. Государству следует контролировать не только налоговые поступления, но и ключевые параметры рынка.

Какие это параметры?

— Первый – количество игроков и уровень проблемной игры в стране. Если человек тратит часть своих средств на азартные игры, это само по себе не проблема. Азартные игры – это один из сегментов индустрии развлечений. Это сравнимо с расходами на концерты, спортивные события или другие формы досуга.

Второй показатель – защита несовершеннолетних и уязвимых категорий населения.

Мне приходится слышать от знакомых: "Мой ребенок играет в азартные игры через смартфон". В таких случаях я всегда советую посмотреть, какое именно приложение установлено у ребенка. В большинстве подобных случаев речь идет именно о нелегальных платформах. Легальные операторы имеют сложные процедуры идентификации пользователей, которые нелегальные ресурсы часто вообще не применяют.

Третий блок показателей – это, как я уже сказал, финансовый интерес государства. Здесь важны три взаимосвязанных параметра, которые нужно контролировать: объем налоговых поступлений, выручку легального рынка и долю теневого сегмента. Количество людей, играющих в азартные игры, примерно одинаково в большинстве юрисдикций.

Ключевой вопрос состоит в том, где именно они играют. Если деньги украинцев тратятся на нелегальных российских платформах, государство не получает налогов. Там никто не может защитить украинцев от мошенничества. Если они остаются в легальном сегменте, бюджет получает поступления, а права игроков четко регулируются законом. Им гарантируется справедливая игра.

О лудомании в стране

Насколько вообще проблема лудомании в Украине реальная, а не медийная?

— Эта тема в значительной степени преувеличена. Мы часто дискутируем о проблеме, масштаб которой не соответствует реальным данным. В Украине достаточно низкий уровень проблемного азартного поведения. Для оценки ситуации в разных юрисдикциях используется международный показатель PGSI (Problem Gambling Severity Index). Это индекс, измеряющий уровень риска развития игорной зависимости среди населения. По имеющимся исследованиям показатель PGSI в Украине находится в диапазоне от 0,85 до 1,03 балла. Это соответствует категории Low-Risk Gambling, то есть низкому уровню риска. Другими словами, исследования не подтверждают существования массовой проблемы лудомании в Украине.

Мы заинтересованы в объективных данных не меньше государственных органов. В ближайшее время должны быть обнародованы результаты нового исследования, которое уже завершено, и сейчас идет обработка социологических данных. Не раскрывая деталей, могу сказать, что предварительные результаты также не свидетельствуют о системной проблеме лудомании в стране. Если некоторые люди действительно имеют зависимость, они должны получать профессиональную медицинскую помощь. Также работает Реестр лиц, которым ограничен доступ к участию в азартных играх, а на сайте регулятора размещен четкий алгоритм внесения в такой реестр.

Истерию о массовой лудомании в стране нагнетают в СМИ нелегалы?

— Конечно. Они заинтересованы в том, чтобы под лозунгом борьбы со лудоманией вводились все новые и новые ограничения для белых организаторов рынка. Ограничения для белых операторов всегда ведут к росту нелегального рынка. Нелегалам, к сожалению, помогают некоторые украинские политики.

О лимитах и ограничениях для военных

В конце прошлого года были введены новые лимиты для игроков легальных казино. Они уже трудятся. Ваша ассоциация выступала против жестких фиксированных лимитов. Почему? Разве это не обычная европейская практика защиты от лудомании?

— Я бы не сказал, что это универсальная европейская практика. Прежде всего, нужно изучать опыт конкретных стран и учитывать особенности каждого рынка. Во-вторых, как я уже сказал, уровень проблемной игры или лудомании в Украине уже измерен, и системной проблемы сейчас нет. Мы регулярно заказываем масштабные исследования рынка и отслеживаем динамику каждые шесть месяцев. Если когда-нибудь будет зафиксирован серьезный рост проблемной игры, тогда нужно будет искать дополнительные инструменты регулирования. Но даже тогда проблему нельзя решить только лимитами.

Необходимы комплексные превентивные механизмы выявления и контроля рисков игровой зависимости. В нелегальном сегменте такие инструменты просто не работают.

Почему вы считаете эти лимиты неэффективными?

— Во-первых, белый рынок уже падает. Мы это видим. Это индикатор. Во-вторых, поведение потребителей достаточно предсказуемо. Если человеку мешают пользоваться определенной услугой или устанавливают чрезмерные ограничения, он начинает искать альтернативу. Это касается не только азартных игр. Можно упомянуть примеры с алкоголем, табаком или другими товарами и услугами. Если спрос существует, то он никуда не исчезает.

Вопрос только в том, где именно этот спрос будет реализован — на легальном или нелегальном рынке.

Поэтому система регулирования должна быть построена таким образом, чтобы люди оставались в легальном сегменте, а не переходили к нелегальным операторам или зарубежным платформам.

Сегодня рынок азартных игр в странах ЕС в среднем увеличивается примерно на 4–5% ежегодно. Белый украинский рынок в Украине стагнирует, и дальше будет еще хуже.

Единственный сегмент в Украине, демонстрирующий рост, — это теневой рынок. В 2026 году он успешно вырос. Это и есть ответ на ваш вопрос.

Вы увидите статистику за 2026 год. Белый рынок будет падать, и соответственно будут сокращаться налоговые поступления. Это мой личный прогноз.

Из-за введения лимитов игроки просто уходят в тень, в частности, на российские сайты?

— Вот именно! Все так же, как и в истории с ограничениями для военных. Механика рынка совершенно одинакова во всех юрисдикциях. Вы кого-то ограничиваете — он переходит к нелегалам, где нет ограничений. Почему мы часто упоминаем именно российские казино?

Потому что до введения санкций российские операторы чувствовали себя на украинском рынке очень комфортно. По разным оценкам, они контролировали до 70% рынка.

После запрета они только формально покинули украинский рынок, но фактически никуда не исчезли. Украина остается для них очень привлекательным рынком. Они просто перешли в нелегальный сегмент и продолжают работать. По результатам нашего исследования, проведенного в апреле этого года, украинцы узнают около 30 игровых брендов. Приблизительно половина из них — нелегальные. Это – катастрофа! Я не буду называть эти бренды, чтобы не создавать им дополнительную рекламу. Но среди них есть известные российские бренды, годами инвестировавшие миллионы в собственную узнаваемость. За последний год легальный рынок потерял около 5–6% доли в пользу теневого сегмента. Это очень тревожный сигнал.

Вы упомянули о постановлении Кабинета министров об ограничении доступа военных к азартным играм. Если запретить военным играть в казино, они тоже уйдут в тень?

— Давайте по порядку. Первое, Ассоциация поддерживает любые меры, направленные на защиту военнослужащих и минимизацию рисков, связанных с игровой зависимостью. Второе. Но вы совершенно правильно говорите: колоссальный риск вытеснения спроса в нелегальный сегмент действительно существует. Если военнослужащий не может воспользоваться легальной платформой, он перейдет на нелегальную, где нет никаких ограничений и механизмов контроля. Миграция игроков в теневой сегмент приведет к сокращению легального рынка и уменьшению налоговых поступлений. Именно поэтому мы обращались к Кабинету министров с предложением искать действенные и сбалансированные механизмы, а не полагаться исключительно на жесткие запреты. Как этот механизм будет реально работать на практике, также будет зависеть от Министерства обороны и силовых органов — прежде всего, Службы внешней разведки Украины и Службы безопасности Украины. Дело в том, что ограничения для военных относительно игры в легальных казино будут иметь и последствия для безопасности.

Какие?

— Отдельный риск состоит в том, что значительная часть нелегальных платформ, на которые могут перейти украинские военные, имеют связи с РФ. Вытеснение украинских игроков в нелегальный сегмент может создавать угрозу утечки персональных данных государству-агрессору. На нелегальных платформах военнослужащих, проигравших деньги, могут вербовать. И это не какая-то мистическая история или вымысел.

Таких кейсов уже немало. В силовых ведомствах об этих случаях знают.

Исследования KANTAR якобы показали, что лудомании среди военных нет? Можете объяснить, в чем тогда логика ограничивать военных?

— В исследовании KANTAR есть два ключевых вывода. Первый — военнослужащие играют не больше других граждан Украины. Это правда.

Второе — исследование не подтвердило существования масштабной проблемы лудомании в стране. Те, кто в медиа постоянно "продвигает" тему огромной массовой лудомании в стране или армии, фактически играют на руку нелегалам.

Каждый раз, когда поднимается информационный шум вокруг темы лудомании, мы понимаем, кто стоит за этими кампаниями. Мы знаем, что теневой рынок снова атакует белый.

Мы уже привыкли к этим атакам.

Вы не ответили на вопрос: в чем логика? Почему именно такая категория граждан, как военные, становится объектом дополнительных ограничений?

— Спросите об этом Кабинет министров. Спросите регулятора. Это не мы принимали это решение. Не загоняйте меня в угол такими вопросами.

То есть выходит, что постановление Кабмина никоим образом не решает проблему игры в армии?

— Смотрите на этот вопрос глубже. Постановление, о котором вы говорите, никак не влияет на деятельность нелегальных казино. А это, напомню, больше половины рынка. Постановление Кабинета министров направлено исключительно на ограничение деятельности белых операторов. Потому возникает парадоксальная ситуация: во время войны часть украинских военных могут фактически подтолкнуть к использованию нелегальных платформ. Самые популярные из них связаны именно с российскими структурами. Вот вам и вся картина.

О BankID и взаимоотношениях с НБУ

Сколько сейчас участников в Ассоциации? Как вы представляете их интересы?

— В состав Ассоциации входят семь компаний. Все участники обладают равными правами в отношении представительства и защиты своих интересов, независимо от доли рынка.

В настоящее время Ассоциация представляет 82% рынка по объему уплаченных налогов и выручки. Кстати, мы ни разу не получали жалоб от участников рынка относительно дискриминационных условий или проявлений неконкурентного поведения. Это Ассоциация равных.

Сколько банков сегодня работают с этой отраслью? Есть ли какие-либо проблемы с процессингом в "Сенс Банке"?

— По нашим данным, сегодня игорную отрасль обслуживают пять банков. Почти все участники рынка — не только члены Ассоциации — имеют доступ к эквайрингу, за исключением компаний, не прошедших процедуры банковского комплаенса. Для остальных участников рынка условия работы одинаковы.

По нашим оценкам, около 90% лицензированных компаний, включая участников Ассоциации, не испытывают проблем с процессингом платежей, в частности в "Сенс Банке". Это касается как крупных игроков рынка, так и компаний с меньшей долей.

В то же время, поймите, концентрация рынка в руках небольшого числа банков действительно представляет риск для отрасли. Мы, как отрасль, заинтересованы в том, чтобы больше финансовых учреждений работали с индустрией. На данный момент я знаю, что ещё два крупных банка ведут переговоры о вхождении в этот сегмент. Основных причин, по которым банков в нашей отрасли пока немного, две.

Во-первых, игорная индустрия в мире традиционно считается высокорисковой с точки зрения комплаенса. Это не секрет. Дополнительный надзор за финансовыми операциями, усиленные процедуры контроля и риск значительных санкций создают для банков дополнительную нагрузку.

Во-вторых, для работы с этой отраслью сам банк должен быть технологически готов. Не все финансовые учреждения сегодня располагают необходимой ИТ-инфраструктурой для обслуживания таких объемов транзакций и клиентов.

Для отрасли увеличение количества банков и платежных систем является положительным фактором. Конкуренция традиционно способствует улучшению сервиса и оптимизации тарифов.

Чем более понятной и прозрачной для финансового сектора будет отрасль, тем больше банков будут готовы работать с ней.

Отрасль уже проходит свой этап трансформации: растут налоговые поступления и показатели выручки, меняются подходы к корпоративному управлению. Важным шагом к повышению прозрачности рынка также должен стать запуск ДСОМ.

Повышение прозрачности будет способствовать росту капитализации отрасли и её масштабов. А с ростом рынка будет расти и интерес со стороны финансового сектора.

Ожидаем, что со временем банки постепенно пересмотрят своё отношение к отрасли, а конкуренция между финансовыми учреждениями за её обслуживание будет усиливаться.

— Ваш рынок конкурентен? Некоторые СМИ даже говорят о монополизации рынка крупными игроками, о монополизации расчетов… Нарушается ли антимонопольное законодательство?

Я отвечу вам с юридической точки зрения. Оценка возможных признаков монополизации или недобросовестной конкуренции относится к компетенции профильных государственных органов, в частности Антимонопольного комитета Украины.

На данный момент нам не известно о подтвержденных фактах "вынужденного" использования услуг конкретного банка большинством участников рынка.

Компании самостоятельно выбирают финансовых партнеров, учитывая требования законодательства, комплаенса и собственные бизнес-потребности. Банки, в свою очередь, самостоятельно определяют бизнес-модель и приемлемый для себя баланс риска и доходности.

Участники рынка говорят, что отрасль испытывает огромную проблему с доступом к НБУ BankID. Объясните, в чем состоит ее суть?

— Сегодня у игроков белых легальных платформ фактически есть только один основной способ идентификации — через приложение "Дия". Если по определенным причинам этот способ недоступен, часть пользователей просто переходит на нелегальные ресурсы, где регистрация намного проще или вообще анонимная.

По последним опросам KANTAR, около 25% пользователей называют простоту регистрации одним из ключевых критериев выбора платформы. Более 46% потребителей сталкивались с различными проблемами во время верификации.

Мы хотим, чтобы операторы азартных игр получили доступ к инструменту BankID. Отрасли этот инструмент может предоставить НБУ. Возможность использовать и "Дию", и BankID создала бы дополнительную альтернативу для пользователей и снизила бы отток игроков в нелегальный сегмент. Это также ускорило бы регистрацию.

Мы убеждены, что предоставление доступа к BankID помогло бы сократить долю теневого рынка и увеличить доходы бюджета. Мы стараемся убедить в этом НБУ. Решения пока нет. Банковская система хочет большей прозрачности операторов. Должна измениться система корпоративного управления. Мы продолжим этот непростой диалог.

О ГСОМ и государственной политике

Давайте подытожим. Операторы рынка, с которыми мы пообщались, говорят, что сейчас основной акцент регулирования делается на дополнительных ограничениях для легального рынка, а не на борьбе с нелегальным. Это так?

— Все правильно.

Рано или поздно будет запущен ГСОМ. Может ли ГСОМ вообще превратиться в инструмент давления на легальных операторов?

— Я так не считаю. Но любое техническое решение государства не должно блокировать бизнес-процессы или создавать дополнительные трудности для легального рынка. Это главное.

Во-вторых, если компания работает легально и честно платит налоги, у нее нет проблем из-за внедрения ГСОМ.

Наши члены – это легальные операторы, которые работают открыто и честно платят налоги.

Что, по-вашему, должно быть главной задачей регулятора?

— Регулятор должен обеспечить надлежащий баланс между тремя сторонами: государством, игроками и легальным бизнесом.

Легальный бизнес должен иметь возможность получить лицензию и работать в понятной правовой среде.

Контроль над операторами азартных игр не должен превращаться в погоню за штрафами или показательной статистикой. С другой стороны, не должно быть и чрезмерной либерализации, которая может привести к росту социальных рисков. Игроки должны быть защищены. Именно поиск этого баланса, а также сравнение украинского рынка с европейскими практиками позволит построить эффективную модель регулирования и обеспечить стабильные налоговые поступления.

Стратегический приоритет мне понятен — увеличение доли легального рынка.

Но, к сожалению, сегодня тенизация отрасли продолжается. Тень – это общая проблема и легального бизнеса, и государства. Но мы от нашего главного приоритета не отступим. Борьба с черным рынком есть и будет ключевой темой нашего диалога с государством. Будет ли сопротивление? Будет. Мы к этому готовы. Надеюсь, что рынок в объеме 62 млрд грн мы не отдадим без боя. Именно на этом нужно сконцентрироваться. Для любого чиновника делать вид, что черный рынок — это не его проблема, непатриотично. Армия и государство сегодня нуждаются в финансировании.

Второе направление работы регулятора – грамотное и сбалансированное регулирование легальных операторов. Государству важно не пережать регулированием легальный бизнес, не заставить его уйти в тень и не создать условий для дальнейшего роста нелегального сегмента.